пятница, 24 мая 2013 г.

Сб-2 «Групповое дело Инюшина» /11 417/



Мученик Игнатий Марков родился 20 декабря 1876 года на хуторе Марино Махринской волости Александровского уезда Владимирской губернии в семье крестьянина Артемия Маркова. Игнатий Артемьевич был глубоко верующим человеком и посещал ближайший к хутору храм в селе Махры; он был женат и имел семерых детей, зарабатывая на жизнь сельским хозяйством. 6 апреля 1931 года Игнатий Артемьевич был арестован в городе Загорске Московской области. 
«Я занимался сельским хозяйством, и на меня наложили большой налог в 2 200 рублей, – сказал он на допросе следователю, – так что я не мог его уплатить, и по суду у меня отобрали все имущество и присудили к году принудительных работ. Будучи сильно убит горем, я, как человек верующий, пошел в Троице-Сергиеву Лавру помолиться. В церкви на мои вопросы, где бы переночевать, мне указали на Прасковью Новикову, с которой я договорился, что она пустит ночевать; переночевал я у нее одну ночь, на вторую был задержан... Будучи раскулачен, я никогда не роптал, так как считаю, что все происходит по Евангелию, в котором говорится, что настанет время, когда восстанут брат на брата и сын на отца, – то же самое и мой арест произошел в порядке вещей. Считаю, что существующая власть... послана нам Богом за наши грехи, и мы должны все терпеть. 
Лично я против вступления в колхоз лишь потому, что в колхозе нельзя молиться Богу, а я, как человек верующий, не могу от этого отказаться... В город Загорск я приехал помолиться в Троице-Сергиевой Лавре и найти утешение постигшему меня горю – раскулачиванию. Связей ни с кем не имею, так как никого из знакомых у меня нет»

Игнатий Артемьевич не знал, что вопросы о связях его - пустая формальность, он уже был приписан к групповому делу, "связи" между участниками которого сочинял следователь. Поскольку легче и быстрее было вести процесс и производить расстрел группами, то обычно создавалось так называемое «групповое дело», которому присваивалось имя одного из арестованных, часто даже незнакомых друг другу людей. 
Все они были арестованы по «Групповому делу Инюшина» и осуждены по 58-ой статье (за антисоветскую агитацию и принадлежность к контрреволюционной церковной организации). 
Священник Иоанн Инюшин был выделен советской властью как имеющий высшее богословское образование (он закончил Московскую Духовную Академию и был кандидатом богословия), а также как настоятель храма Казанской иконы Божией Матери в Московской области. 

Из проходивших по этому делу, Церковь прославила в сонме новомучеников  преподобномучеников Макария (Моржова), Дионисий (Петушкова), священномученика Николая Аристова диакона, мучеников Игнатия Маркова и Петра Юдина (1931). 

Преподобномученик иеросхимонах Дионисий (Петушков) родился в 1863 году в Тверской губернии, в крестьянской семье, принял монашество, а впоследствии был пострижен в схиму в Нило-Столобенской пустыни, после ее закрытия в 1927 году поселился на хуторе, у благочестивого крестьянина Сергея Федоровича Комарова, председателя церковной двадцатки. люди потянулись к нему – кто за благословением на  то  или  иное  дело,  кто  испросить  совета,  как  поступить  в  трудном  случае  чаще всего  семейной  жизни,  кто  приходил  спросить,  стоит ли  вступать  в  колхоз,  а  иные просили  помолиться  об  исцелении  от  какого-нибудь  недуга.  Отец  Дионисий  всех принимал и, помолившись, больных помазывал маслом из лампады. Со временем к старцу стало стекаться все больше людей, и все это стало известно властям. Крестьяне берегли старца, поочередно принимая его, и не хотели выдавать властям. Приехавшим арестовывать схимника сотрудникам ОГПУ хозяин дома заявил: «Не знаю, где он, и какое вам до него дело. Лучше берите  вместо него меня, я хочу пострадать за старца».  Тогда они обратились к его жене, заставили ее помогать им в поисках старца.

Сотрудники  ОГПУ,  допросив  местных  жителей  и  убедившись,  что  схимонах Дионисий пользовался большой любовью и авторитетом среди крестьян, решили его из заключения не выпускать. Отвечая  на  вопросы  следователя,  отец  Дионисий  подтвердил,  что  к  нему действительно  приходило  много  женщин  «за  получением  благословения  и  совета по... многим вопросам, на что я им всегда давал ответ. Лично я считаю, что настало последнее  время  перед  Страшным  Судом,  то  есть  время  антихристово,  и существующая  советская  власть  –  есть  власть  антихриста,  а  поскольку  ее организатором является Ленин, то последнего считаю антихристом. Советскую власть признаю  лишь  постольку,  поскольку  эта  власть  послана  Богом,  и  считаю,  что  она послана  нам  за  наши  грехи  в  наказание.  Колхозы  я  считаю  богопротивными, антихристовыми  организациями,  и,  как  верующий  человек,  сам  в  них  не  пойду  и обязан удерживать других,  так как  в колхозах верующему нельзя быть, потому  что там молиться нельзя, следовательно, должны отрешиться от Бога. Приходившим ко мне  я  говорил  вышеуказанные  свои  мнения,  но  не  навязывал  им,  а  кто  хочет, слушает и как хочет, так и поступает».


Священномученик диакон Николай Аристов был ровесником иеромонаха Макария, родился он в Тульской губернии, жил вдовцом, сам воспитывая дочерей. В 1917 году Николай Степанович переехал с дочерями в Сергиев Посад и открыл здесь фотомастерскую, но отказался от нее в 1929 году, когда окончательно определились масштабы экономического разрушения страны, уничтожения любой человеческой инициативы и разграбления народа большевиками. Кроме того, остаток своей жизни Николай Степанович желал целиком посвятить служению Церкви. И Господь принял его намерение и уготовал ему мученический прекрасный венец. 

В июле 1930 года Николай Степанович был рукоположен во диакона к церкви святых апостолов Петра и Павла в Сергиевом Посаде, переименованном к тому времени в Загорск, и 5 апреля следующего года был арестован и заключен в Бутырскую тюрьму в Москве. 
Отвечая на вопросы следователя, диакон Николай сказал: «Против власти ничего не говорил и считаю, что за советскую власть, как за государство, в котором мы живем и от которого зависим, мы должны молиться, чтобы улучшить положение Церкви и предотвратить гонение на Церковь, то есть добиться, чтобы советская власть не устраивала гонение на религию, которое мы в настоящее время отчасти и чувствуем, – в частности, я считаю, что арестован за то, что отдал себя на служение Богу». 
Диакона Николая обвинили в том, что он состоял членом загорского филиала контрреволюционной организации и занимался антисоветской монархической агитацией. Власти подразумевали под этим поминание в храме за упокой Российских императоров, когда диакону Николаю приходилось читать вслух их имена по поданным запискам. 

Мученик Петр Лаврентьевич Юдин родился в 1877 году в деревне Сиблово Тверской губернии, был плотником,  помощником старосты церкви. Отправленный в марте 1931 года церковной двадцаткой в Москву за свечами для храма, он решил заехать к монахиням в Хотьково, чтобы узнать где можно теперь купить свечи. В случайном разговоре на станции с железнодорожным рабочим речь зашла о колхозах.Петр Лаврентьевич ответил, что в колхозы у них некоторые записываются, а некоторые  бегут.  Зашел  разговор  о  властях,  и  Петр  Лаврентьевич  сказал,  что правительство  ездит  на  автомобилях,  ест  жареное,  а  народу  вредит,  в  Кимрах  в колхозы  загоняют  насильно,  и  все  там  голодают  в  этих  колхозах.  После  этих  слов рабочий заявил Петру Лаврентьевичу, что не место ему ходить здесь по рабочим и их агитировать.  Но  Петр  Лаврентьевич  возразил,  что  тот  его  не  так  понял  и, повернувшись,  направился  в  сторону  станции.  А  рабочий,  подхватив  инструмент, поспешил домой, взял из дома служебный пистолет и направился к станции; по пути он  встретил  знакомого  комсомольца,  которому  и  предложил  идти  вместе  с  ним. Догнав  Петра  Лаврентьевича,  они  потребовали,  чтобы  он  проследовал  с  ними  в сельсовет  села  Хотьково.  Туда  же  пришел  дежурный  милиционер  с железнодорожной станции и отправил Петра Лаврентьевича в загорскую тюрьму. 

После допросов сотрудники загорского ОГПУ отправили Петра Лаврентьевича в Бутырскую тюрьму в Москве, и здесь материалы его «дела» присоединили к общему «делу»,  по  которому  уже  было  арестовано  более  полусотни  человек,  в  основном монахов и монахинь. 
Отвечая на вопросы следователя в Москве, Петр Лаврентьевич сказал: «Сам я лично человек религиозный и всякой власти подчиняюсь, хотя и безбожной, так как каждый  глубоко  верующий  человек  обязан  не  противиться  всякой  власти,  но  и  не должен делать неугодные Богу дела... Сейчас всех священнослужителей высылают, а скоро их будут расстреливать; сейчас наступили тяжелые времена, и существующая власть с ее скорбями послана Богом в наказание нам за наши грехи...»1



Преподобномученик иеромонах Макарий (Моржов) родился в 1872 году в крестьянской семье Вологодской губернии. Окончил церковно-приходскую школу и поступил послушником в Смоленскую Зосимову пустынь, где в 1903 году был пострижен в монашество. В Зосимовой пустыни монах Макарий почти 30 лет был келейником старца Алексия (Соловьева). После официального закрытия пустыни в 1923 году, они вместе отправились в Сергиев Посад, где прожили до кончины старца Алексия в 1928 году. Через год отец Макарий был рукоположен в иеромонаха в Московском Высокопетровском мужском монастыре.           
На допросе отец Макарий, не скрывая своих убеждений, сказал: «Советскую власть я рассматриваю как попущение Божие за грехи, но считаю, что истинный христианин должен терпеливо переносить все гонения и преследования со стороны власти. При царской власти грехов было меньше и потому не было никаких притеснений на Церковь... но как только народ стал отходить от веры и грехов накопилось много, тогда Бог и попустил советскую власть. Это наказание будет продолжаться до тех пор, пока люди не одумаются и опять станут признавать Бога, ибо за благоделание Бог награждает. Пошлет ли Он награду в виде другой власти или сделает как-нибудь иначе – сказать не могу, так как пути Господни неисповедимы... Еще должен появиться антихрист, но когда он появится, сказать трудно, хотя некоторые считают, что признаки появления антихриста уже есть: падение религиозности, преследование религии... причем считают, что пятиугольная советская звезда – есть печать антихриста. Однако я не берусь утверждать, что это именно так, ибо еще ничего не доказано. Некоторые считают также, что грех принимать кооперативные книжки и вступать в колхозы, видя в этом дело богопротивное, но я считаю, что все это торговые условия... Спрашивали меня на исповедях, можно ли вступать, на что я отвечал, что это дело не религиозное, а хозяйственное, а когда спрашивали об антихристе, я отвечал, что нет никакой надобности определять сроки появления антихриста, а нужно жить по‑христиански... О себе прошу Бога, чтобы Он помог мне спастись, и считаю, что и в современных богохульных условиях тоже можно спастись – если не открыто, то тайным подвигом, так как молиться можно и тайно...»

Их ответы на вопросы следователя явиляют глубокое внутреннее единство. Скупые строки протоколов допроса стали свидетельством их веры и их любви ко Христу, готовности служить Ему до самого конца, до той самой безнадежной ситуации, в которой они оказались. Этого для сотрудников ОГПУ оказалось достаточно, чтобы вынести суровое решение.  Все осужденные по этому делу были расстреляны на Ваганьковском кладбище 10 июня 1931 года. Тела расстрелянных были брошены в безвестную общую могилу.

Комментариев нет:

Отправить комментарий