вторник, 21 мая 2013 г.

Заново писать историю Русской Церкви ХХ века


Заново писать историю Русской Церкви ХХ века

15 мая 2013 г. в Издательском Совете Русской Православной Церкви прошла презентация книги «Пострадавшие за веру и Церковь Христову. 1917–1937», выпущенной Свято-Тихоновским университетом к 20-летию Университета и 75-летию «Большого террора».

Протоиерей Владимир Воробьев, ректор Свято-Тихоновского университета, основатель и заведующий Отдела Новейшей истории Русской Православной Церкви — ответственный редактор книги, рассказал о том, как проходила двадцатилетняя подвижническая работа над собиранием исторического материала, который вошел в книгу:

— В прошлом году мы отмечали 20-летие нашего университета и решили подвести итог наших трудов. Кроме того, прошло 75 лет с 1937 года, который вошел в историю с названием «Большего террора», когда практически закончилась «ликвидация» Русской Церкви, если говорить о ней в количественном смысле.
В 1937–1938 годах было уничтожено примерно 98% русских иерархов. Были закрыты все монастыри, духовные школы, почти все храмы. На территории бывшего СССР в 1939 г. осталось 300–400 храмов, которые коммунисты оставили, чтобы можно было сказать, что в России «нет гонений на Церковь».
Мы помним и чтим героев войны, — забыть о наших новомучениках, которые отдали свою жизнь за веру во Христа, за то, чтобы мы могли жить в Церкви, чтобы путь ко Христу не был отнят у нас, — это еще страшнее, чем забыть своих отцов, убитых на войне.
Нынешние поколения не могут представить масштаб гонений. Меняется менталитет, забываются подвиги отцов. Чтобы память наших героев Великой Отечественной войны сохранялась, нужно каждый год прикладывать усилия. Слава Богу, это делается — мы празднуем День победы и вспоминаем героев. Так же надо вспоминать мучеников, которые отдали жизнь за веру и Церковь. Если бы не было новомучеников, то в России не было бы сегодня Церкви.
В 1939 г. на всю Сибирь остался только один кладбищенский храм. Было взорвано огромное количество древнейших памятников, даже в Московском Кремле был взорван Чудов монастырь. Забыть об этом было бы преступлением. Для того чтобы воспитать молодое поколение честными и любящими Отечество людьми, мы должны помнить и чтить подвижников, которые отдали жизнь за веру. Это была главная идея издания книги.
Разрешение работать в архиве ФСБ было получено по ходатайству Святейшего Патриарха Алексия II.
Издание было бы невозможно, если бы ему не предшествовал многолетний подвижнический труд. Мы его начали в 1991 г., когда была создана Комиссия по реабилитации репрессированного духовенства при Московской Патриархии. Комиссия образовалась во время Перестройки, и она собирала письма родных репрессированных священников, которые еще помнили своих отцов и дедов.
Писем пришло около 2500, и на этом процесс остановился — 2500 человек написали, и всё. Документов не было, и комиссия прекратила свою работу. Ее возглавлял митрополит Владимир (Сабодан), сегодня Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины.
Узнав о том, что деятельность комиссии не получила развития, мы обратились к Патриарху Алексию с просьбой, чтобы он передал нам архив комиссии, и обратился в правительство с просьбой дать нам возможность работать в архиве ФСБ. Патриарх Алексий подписал наше письмо, оно было направлено председателю ФСБ. Нас пустили в архивы. Тогда в России в архивах работало очень мало людей, и мы не знали, что нам удастся найти. Очень скоро мы убедились, что архивы — главный источник информации и документов о наших мучениках.
В 1992 г. был создан Православный Свято-Тихоновский Богословский Институт, и в нем был образован Отдел Новейшей истории Русской Православной Церкви. Его сначала немногочисленные сотрудники стали работать в архиве ФСБ.
Здесь присутствует ветеран этой работы составитель презентуемой книги-альбома Лидия Алексеевна Головкова.
Позже была создана компьютерная база данных «За Христа пострадавшие», и большая часть сведений в нее приходила именно из архива ФСБ. Сначала в ней было 5000 имен, потом 9 000, и мы тогда решили издавать мартиролог.
В первом томе было 4500 имен. Когда мы собирались издавать второй том, состоялся Юбилейный собор Русской Церкви 2000 года. На нем многие из мучеников были канонизированы. Это внесло трудности в нашу работу. В Базе данных они шли по фамилии, теперь нужно было расставить их по именам. Пришлось переформатировать Базу данных, и второй том так и не вышел.
Сегодня в Базе данных 35 000 имен, а также биографии, фотографии, документы и другие сведения. Мы располагаем драгоценным архивом документов о пострадавших за веру, на основании которого можно заново писать историю Русской Церкви ХХ века.
Одной из первых статей Николая Евгеньевича Емельянова, создателя Базы данных, была работа, которая появилась в итальянском журнале с замечательным названием «История Русской Церкви, написанная компьютером». Там была показана кривая гонений, полученная Николаем Евгеньевичем и представлявшая собой график, на основании которого можно было оценить количество пострадавших за веру в годы советской власти.
Эта работа отражена в альбоме «Пострадавшие за веру и Церковь Христову. 1917–1937». Здесь содержится память о том, что произошло в ХХ веке. Читая этот альбом, можно почувствовать величие подвига наших мучеников.
Мне остается поблагодарить всех, кто участвовал в этой работе. Ее невозможно было бы сделать без помощи сотрудников архива ФСБ во главе с Василием Степановичем Христофоровым, заведующим архивом. Благодарим всех, кто нам помогал, а больше всех благодарю Лидию Алексеевну, которая в прошлом году в буквальном смысле чуть не умерла во время работы над книгой. Вместе с ней трудилась Ольга Хайлова.
Эта книга-альбом — памятник мученикам за веру Христову от революции 1917 г. до 1937–1938-го года включительно. В этом памятнике огромный труд и огромная любовь.

Общая картина гонений

Заместитель заведующего Отделом Новейшей истории РПЦ ПСТГУ, редактор книги священник Александр Мазырин, продолжил рассказ отца Владимира о работе над книгой. В первую очередь он поблагодарил отца Владимира, без которого было бы невозможно издание книги, и для которого история гонений является основным научным интересом:
— Отец Владимир всех нас собрал и создал условия для работы. Невозможно описать трудности, которые приходилось преодолевать, и усилия, которые были положены для этого. В результате этих усилий в Университете был создан самый большой научный отдел, в котором работает почти 40 человек.
В юбилейный год Университета нужно было подвести промежуточный итог многолетней научной деятельности. Так как главное в этой деятельности — изучение подвига новомучеников, то плодом этой деятельности должна была стать книга, посвященная их подвигу.
Эта книга, которую вы видите, далеко не первая, но ее смело можно считать самой фундаментальной из всей литературы о гонениях, изданной в России. До сих пор жанры, в которых писали о новомучениках, сводились к мартирологам или биографическим справочникам, а также сборникам воспоминаний о том или ином пострадавшем за Христа. Сотрудники нашего Отдела также публиковали книги в этих жанрах. Но труд, который сегодня представлен, отличается и по своей форме, и по своей структуре.
Мозаичные данные не позволяют увидеть всю картину гонений. Поэтому возник замысел сквозь призму отдельных судеб показать общую картину гонений — как они развивались, в какой форме проходили, показать, кто эти гонения осуществлял и каким образом, какие силы были брошены на борьбу с Церковью.
Книга построена по хронологическому принципу и раскрывает год за годом формы и масштабы гонений, начиная с прихода к власти богоборческого правительства, и вплоть до апофеоза гонений в 1937 году. В книге показаны волны гонений, и в этих волнах представлены наиболее яркие судьбы собора новомучеников. Рассказ не был бы полным, если бы мы не показали тех, кто не перенес, не выдержал гонений, — это те, кто отпал от Церкви или ушел в раскол.
Борьба с Церковью велась самыми изощренными методами, и самыми бесчеловечными из них были действия против Церкви, совершаемые руками самих бывших церковников. На это безбожники делали особую ставку. Чтобы показать подвиг новомучеников, надо сказать, что были и отпавшие, и предатели, раскольники, были те, кто пытался спасти себя ценой предательства. Альбом в первую очередь говорит о великих святых, но он показывает жизнь Церкви во всех аспектах. Вам судить, насколько это удалось сделать.

Альбом как произведение искусства

Автор-составитель книги, старший научный сотрудник Отдела Новейшей истории РПЦ ПСТГУ Лидия Головкова, рассказала, как она работала над книгой. Прежде всего, она отметила роль тех, кто помогал ей при работе над книгой, в первую очередь — соавтора, сотрудника отдела НИРПЦ Ольги Хайловой:
— Жаль, что сегодня Оля не смогла приехать, ведь именно она сделала гигантскую работу. Сегодня на встрече нет и дизайнера, а для альбома дизайнер — это половина успеха.
Альбом был создан за полгода. Было совершенно нереально его сделать в такой короткий срок, но мы согласились на это по просьбе отца Владимира Воробьева. Мы работали в катастрофическом режиме, это был ужас, мы ничего не успевали. Я никогда в жизни не звоню отцу Владимиру, чтобы не беспокоить его, но тогда позвонила и сказала, что мы не успеваем. Отец Владимир помолчал и сказал: «Очень плохо». Я сказала, что есть вариант остановиться на Большом терроре, а потом сделать вторую книгу, Бог даст.
Это было правильное решение. Книга и так тяжелая, во всех смыслах, еще больший материал требует второго тома. Мы на всякий случай делали ее так, чтобы она была самодостаточной, вдруг что-то случится со всеми нами, и она останется без продолжения. Если мы будем живы, то мы сделаем продолжение. После 1937 г. идет очень тяжелый период: там есть и героизм, и предательство.
Мы жили в таком режиме, что мне пришлось уехать из дома и поселиться в семье дизайнера. Можно сделать замечательный текст и великолепные картинки, но если дизайнер не оформит материал, то все погибнет.
Помню, я подходила к нему, а он говорил: «Не подходите ко мне!» Когда все немного успокоилось, то мы стали завершающую фазу работы называть «Не подходи ко мне»: начался период «не подходи ко мне».
Мы делали этот альбом как продолжение ранее сделанного альбома о казахстанских святых. Когда человек видит, что мы такое большое внимание уделили казахстанским святым, он удивляется, ведь Казахстан — это всего лишь часть России, но соглашается с нами, когда узнает, что через Казахстан прошла тогда большая часть России.
Почему альбом производит такое впечатление? Потому что он сделан по всем законам изобразительного искусства, это художественное произведение, которое воздействует на ум, душу и сердце человека больше, чем какой-либо другой источник информации. В нем текст не стоит на первом месте, его можно читать, а можно смотреть.
Даже если человек не читает имеющийся в нем текст, альбом должен быть понятен. Альбом как произведение искусства напоминает архитектурное творение — в нем есть несущие стены, есть вспомогательные постройки, чердаки, подвалы и закоулки. Это все надо держать в голове и вести линии до конца.
Таких линий в несколько. Альбом начинается с иконы новомучеников и дальше по главам идут клейма. Сама икона новомучеников — тоже произведение искусства, и мы удивлялись, глядя на нее под большим увеличением.
Альбом начинается с истории царской семьи. Мы понимали, что уделяем ей слишком большое внимание, но невозможно было отвлечься от событий их жизни.
Вторая линия, которая проходит через альбом, — это пейзажи, принадлежащие фотографам братьям Близнюкам. Фотографии нам давали разные люди, например, девочка, отец которой, будучи священником, снимал пейзажи в Архангельской области. Это и польский фотограф Томаш, который дал нам свои бесценные фотографии. Он летал на Колыму и снимал невероятные по трагизму остатки колымских концлагерей.
Здесь не нужно никаких слов: посмотришь на такую фотографию и поймешь, что если тебя отвели в такой лагерь, то ты уже оттуда никогда не вернешься. Этапы, которые не должны были вернуться, официально так и назывались «невозвратные». Колыма — это урановые рудники и почти стопроцентная смертность. В душе возникает чувство, что ты там, с этими людьми. Пейзажи показывают красоту русской природы и трагизм страданий.

Портреты святых и темные люди

Самое замечательное и неповторимое — это портреты святых. Они к нам попали разными путями, кто только «в клювике» нам их не приносил. Сотрудница Валаамского монастыря дала нам фотографию столетних старцев Валаамского монастыря. Совершенно необычайные лица — не нужно никаких слов, достаточно на них взглянуть.
Какие-то фотографии идут в согласии друг с другом, какие-то в контрасте. На одной странице плакат «Да здравствует красный террор!», а на следующей странице — лица святых жертв, которые пострадали от этого террора. Или лица охранников, людей, которых и мальчиками-то не назовешь, так, молодняк, которые только научились стрелять, и понимаешь, глядя на них, — на большее они уже не способны.
Когда эти лица стоят рядом с лицами святых людей, пусть они прославлены или не прославлены, то видно, что произошло в России, какие силы поднялись. Наша жизнь так устроена, что когда что-то важное в ней происходит, то всегда появляются эти темные силы и темные люди, которые способны на все.

Небом можно столько рассказать!

Незначительные вещи помогают восприятию — цветок, пень или просто небо. Одним небом можно столько рассказать, в зависимости от контекста!
У книги есть законы, которые невозможно нарушать. У казахстанской книги были очень хорошие, деликатные, светлые рисунки. Мы хотели здесь тоже так сделать, но у нас ничего не получалось — книга рисунки отторгала.
Это было очень интересно. Нам пришлось смириться с этим. Было ощущение, что мы идем на поводу у книги. Я все пыталась понять, почему книга отторгает их? И поняла, что книга еще более суровая, чем казахстанская. Та смягчена огромным количеством пейзажей. Казахстан — фантастически красивая земля, там есть пустыни, горы, реки.
Нам помогали все, мы обращались к разным историкам и никогда не знали отказа. Прежде всего, это сотрудники нашего отдела (Отел Новейшей истории Русской Православной Церкви — прим. ред.). Мы получали материалы из наших драгоценных архивов. 50% материала — это сведения, почерпнутые из следственных дел архива ФСБ. Много фотографий нам дал «Мемориал» и, конечно, ГАРФ. В этих архивах у нас есть люди, которых мы полюбили, к которым мы всегда обращались, и никогда не знали отказа.
Бутово дало нам огромный материал. У них сидит девочка, которая уже несколько лет каждый день сканирует тюремные фотографии из следственных дел. Смотря на эти фотографии, очень хорошего качества, я всегда вспоминаю слова отца Владимира Воробьева, который сказал, что наши иконы не дотягивают до фотографий святых.
У нас есть очень хорошие иконы, но фотографии — это такие поразительные портреты, от которых невозможно оторваться. На выставке «Преодоление»в зале, посвященном 1937 году, стояли экраны, на которых нон-стоп шел показ этих фотографий. Там не было имен, только лица, но люди стояли, смотрели на них и не могли уйти.

В «Коммунарке» обнаружено гигантское захоронение

Завершила свое выступление Лидия Головкова сенсационным для историков сообщением об исследованиях на расстрельных полигонах в Бутово и совхозе «Коммунарка»:
— На днях мне позвонили и сказали, что там были проведены исследования с помощью хорошей аппаратуры. Те, кто был в «Коммунарке», помнит, что там есть огромная, длинная поляна, которая не зарастает. Исследователь сказал, что это огромный погребальный ров, глубиной 4 м, шириной 12 м, и длинной более 200 м. Это можно сравнить с Бабьим Яром или Катынью, где расстреляли тысячи русских страдальцев и множество польских офицеров.
Если сравнить с Бутово, то там рвы длинной по 100 метров, а шириной 5 метров, а в «Коммунарке» — 12 метров в ширину, переполненные телами убитых, — это гигантская котловина. В «Коммунарке» убито много чекистов и наркомов. Это тоже наша история, и никуда от этого не деться.

Исследования истории гонений имеют свои проблемы и препятствия

Отвечая на вопросы, участники презентации высказали несколько важных вещей, касающихся жизни современной России, которая является продолжением ее истории. Лидия Головкова, в ответ на вопрос по затронутой ей теме на днях проведенных исследованиях в совхозе «Коммунарка», предположила, что, судя по объему расстрельных рвов, и в Бутово, и в «Коммунарке», не 20 000 убитых, как считается сегодня, а в разы больше.
К сожалению, исследования геноцида при советском режиме сегодня в нужном объеме не ведутся. Для раскопок требуется разрешение прокуратуры, а она эти разрешения не дает, чем тормозит научную работу.
Лидия Головкова также в ответ рассказала случай с выставки «Преодоление», где одним из экспонатов были газеты, издававшиеся на оккупированных фашистами территориях, в которых велась пропаганда против коммунизма и Сталина.
Обычно посетители уставали, когда доходили до них, и не обращали большого внимания, но люди, которые занимаются историей, очень удивлялись газетам. У меня два человека спросили, откуда у вас такие редкие экспонаты, и, получив ответ, что из архива ФСБ, один из них сказал: «Я в это не верю!»

Все тайное станет явным

Отец Владимир Воробьев добавил к словам Лидии Алексеевны, что нужна программа для сохранения памятников истории религиозных и политических гонений советского периода: «Мне пришлось много поездить, и могу сказать, что выявляется много расстрельных мест и еще больше тут же уходит. На Соловках идет борьба, с одной стороны, за то, чтобы что-то сохранить, а с другой стороны происходит коммерциализация — строятся гостиницы, дороги.
Надо все там законсервировать и оставить только монастырь, но — нет. Мне довелось быть на Колыме, там была масса самых страшных лагерей. Никаких попыток не делается, чтобы достойно увековечить память о них. Для этого нужна огромная программа и большие средства для ее выполнения. Если бы были благотворители, то можно было бы что-то сделать».

Очень секретный документ

Отец Александр Мазырин в свою очередь рассказал, что в засекречивании документов дело доходит до курьезов. Во время подготовки выставки «Преодоление» сотрудники Отдела НИРЦ ПСТГУ обратились в ГАРФ(Государственный архив РФ — прим. ред.), чтобы получить отчет председателя Совета по делам религий СССР Карпова о приеме Сталиным митрополитов в 1943 г. Нам сказали, что это невозможно, это строго секретный документ, и его не выдают даже сотрудникам. «Как же так, он же много раз опубликован?!» «Ничего не знаем». Даже то, что опубликовано и досконально известно, порой бывает засекречено.
В рамках вечера также была проведена презентация интернет-версии выставки «Преодоление. Русская Церковь и Советская власть». В ближайшее время интерактивная интернет-версия выставки станет доступна для посетителей на официальном сайте ПСТГУ, а также на сайте Музея современной истории России.
Книгу можно купить в магазине Православное слово и книжных магазинах Москвы.












DSC_8318









Комментариев нет:

Отправить комментарий