четверг, 30 мая 2013 г.

Сб-2 Блаженная мц Нина Кузнецова /6 628 или 8 422/



Исходный текст на сайте Фонда новомучеников:

Журнальная версия иг. Дамаскина:

http://www.foma.ru/blazhennaya.html

ФОМА, май 2013


Блаженная спала четыре часа в сутки и в два часа ночи неизменно становилась на молитву вместе с монахами, которые нашли приют в ее доме. Никогда она не пила ни чаю, ни молока, не ела сахара и ничего вкусного, и вся ее каждодневная пища состояла из размоченных в воде сухарей, хотя в горнице у нее самовар со стола не сходил — один вскипит, другой ставят, а за столом вокруг самовара люди сидят, чай пьют, обедают, полон двор лошадей, потому что и проезжие у нее останавливались: за постой платить не надо, да и искать не надо — дом блаженной Нины, урядниковой дочки, каждый укажет, а уж в доме все по простому, православному обычаю устроено — всякий здесь мог найти кров и пропитание; у кого был излишек хлеба, муки или крупы, те, уезжая, оставляли его для других. Гости хозяйки располагались обычно вокруг стола, но сама Нина никогда за стол не садилась, а устраивалась в углу перед печью, у загородочки на чурбачке. В храме она присутствовала за каждой службой: устраивалась где-нибудь на клиросе и делала вид, что спит. Но стоило кому-нибудь запнуться, как она сразу подавала голос и говорила, что следовало читать дальше, потому что службу она знала наизусть. Зрение у батюшки было слабое, и он, зная, что блаженная в совершенстве знает службы и церковный устав, бывало, открывал из алтаря дверь и оттуда спрашивал: «Нинка, какое зачало Апостола и Евангелия читать?» Она тут же отвечала: такие-то, и никогда не ошибалась.


***

Мученица Нина родилась в 1887 году в селе Лальске Устюжского уезда Вологодской губернии в благочестивой семье урядника Алексея Кузнецова и его супруги Анны. Она была в семье единственным ребенком, и родители любили ее, мечтая выдать замуж за достойного человека. Но Нина с детства уже выбрала себе Жениха, полюбив молитву, монастыри и духовные книги. Отец не стал препятствовать ее устремлениям, отдал ей под келью амбар, в котором сам смастерил полки, и стал покупать для нее в церковных лавках духовные книги. Со временем у Нины собралась значительная библиотека, и не было для нее большего утешения, чем чтение духовных книг. Она много молилась, многие молитвы знала наизусть, на память читала Псалтирь. Следуя Христовой заповеди, она стала принимать странников и вообще людей обездоленных. 

В 1932 году власти арестовали Алексея и Анну. Те, будучи уже в преклонных летах, не выдержали тягот заключения, и вскоре скончались. Собирались арестовать и Нину, но во время ареста родителей ее разбил паралич, до конца жизни она с трудом передвигалась и почти не владела правой рукой: когда нужно было перекреститься, она всегда помогала себе левой рукой. По причине неизлечимой болезни ей оставили дом и имущество, которыми она распорядилась как нельзя лучше. Дом был большой, с кухней, где на полатях умещалось до двадцати человек; была еще большая комната, в которой располагались в основном женщины, у которых были арестованы мужья, а имущество конфисковано. Все они шли к Нине, у которой находили и приют, и пропитание.

После закрытия Коряжемского монастыря братия его перебралась в Лальск. В подвале, бывшем когда-то складом, монахи сложили печь, прорубили два окна, перегородили склад надвое, и у них получилось две кельи. Служили они в лальском соборе. Настоятелем возрожденного монастыря стал игумен Павел (Хотемов). Родом он был из зырян, из глухой деревни неподалеку от Усть-Сысольска. Грамоте его обучил благодетель-учитель, который преподавал в городе, но каждое лето, возвращаясь домой, проходил через деревню, где жил мальчик. Учитель объяснял ему урок, давал задание на лето и уходил, а на обратном пути проверял выполненное, делал свои замечания и давал новое задание — и так мальчик обучился грамоте. На всю жизнь отец Павел сохранил благодарность к учителю и поминал его за каждой Литургией. Но еще больше он был благодарен тем, кто пробудил в нем интерес к духовному, любовь ко Христу и монашеской жизни. Он был подростком, когда деревенские женщины, собравшись идти пешком на богомолье в Киев, предложили его родителям взять его с собой. Вот тогда, у мощей преподобных в пещерах Киево-Печерского монастыря, он открыл для себя спасительный монашеский путь. «Я за тех женщин, кто меня в Киев водил, каждый день молюсь, — говорил отец Павел. — Если бы не попал я тогда в Киев, то не стал бы монахом, а не стал бы монахом, то не спасся бы». — «А теперь, батюшка, спасешься?» — спрашивал его послушник Андрей Мелентьев. «А как не спасусь?! Бесы меня потащат в ад, так я вот так руки расставлю да скажу: я христианин! Нет вам до меня дела!»
После того как и это помещение было властями отобрано, часть братии, и среди них игумен Павел, нашли приют в доме блаженной Нины.
По молитвам блаженной Нины собор в Лальске долго не закрывался, хотя власти не раз предпринимали шаги к прекращению в нем богослужения. Наконец в начале 1930-х годов они все же распорядились закрыть собор, но блаженная стала писать в Москву решительные письма, собрала и отправила ходоков и действовала столь твердо и неотступно, что властям пришлось уступить и вернуть собор православным.

31 октября 1937 года сотрудники НКВД арестовали блаженную, но обвинений против нее собрать не смогли. Полмесяца продержали они ее в лальской тюрьме, не допрашивая и не предъявляя обвинений. Власти принуждали многих людей к лжесвидетельству против подвижницы, но согласился на это только один — заместитель председателя Лальского сельсовета. Он дал показания о том, что блаженная Нина является активной церковницей, которая не только противится закрытию храмов, но неустанно хлопочет об открытии новых.
«Летом 1936 года, когда сельсовет намеревался закрыть церковь в Лальске, — показал он, — Кузнецова организовала кампанию, приведшую к срыву этого мероприятия, она собирала подписи и проводила собрания верующих, предоставляя для этой цели свой дом. В августе 1937 года сельсовет начал собирать подписи среди жителей Лальска, которые желали бы закрыть храм, но Кузнецова снова собрала собрание верующих в своем доме и, таким образом, сорвала мероприятие, намеченное к проведению советской властью. Когда был арестован псаломщик Мелентьев, Кузнецова сразу же стала хлопотать за него, просить, чтобы его освободили, брала его под защиту».
На основании этих показаний в середине ноября 1937 года блаженной Нине было предъявлено обвинение, и она была допрошена. Виновной себя она не признала и на следующий день после допроса была заключена в тюрьму в городе Котласе.
23 ноября 1937 года тройка НКВД приговорила блаженную Нину к восьми годам заключения в исправительно-трудовой лагерь. Она была отправлена в один из лагерей Архангельской области, но недолго пробыла здесь исповедница — 14 мая 1938 года блаженная Нина скончалась. 

Фото 1 — Нина Кузнецова с родителями
Фото 2 — Воскресенский собор, Лальск
Фото 3 — Святая мученица Нина, икона

---------------------------------------------------------------------------------------------------------
ВАРИАНТ ОКОНЧАНИЯ ЖИТИЯ
(после слов "...вернуть собор православным" /фото собора/)


В  начале  1937  года  сотрудники  НКВД  арестовали  протоиерея  Леонида 
Истомина,  псаломщика  Андрея  Мелентьева,  старосту,  певчих  и  многих  прихожан 
лальского  собора  и  последних,  еще  остававшихся  на  свободе  священников 
ближайших  приходов.  Все  они  были  этапированы  в  Великий  Устюг  и  заключены  в 
храм  Архистратига  Божия  Михаила,  который  безбожники  превратили  в  тюрьму. 
Православных поместили в небольшую камеру над алтарем, там же были собраны 
священники  и  диаконы  из  Лальска.  Лежа  служили  всенощные  под  большие 
праздники:  священники,  не  приподнимаясь  с  нар,  подавали  вполголоса  возгласы. 
Два  года  пробыл  отец  Леонид  Истомин  в  тюрьме  и  лагере  вместе  со  своими 
прихожанами,  а  затем  его  среди  других  священнослужителей  отправили  на 
лесозаготовки  в  Карелию.  Условия  содержания  были  такими,  что  заключенные 
вымирали почти целыми лагерями. Здесь и принял кончину протоиерей Леонид. 
31  октября  1937  года  сотрудники  НКВД  арестовали  блаженную  Нину,  но 
обвинений против нее собрать не смогли. Полмесяца продержали они ее в лальской 
тюрьме, ни о чем не спрашивая и не предъявляя обвинений. Власти принуждали к 
лжесвидетельству  против  подвижницы  многих  людей,  но  согласился  на  это  только 
один – заместитель председателя Лальского сельсовета. Он дал показания о том, что 
блаженная  Нина  является  активной  церковницей,  которая  не  только  противится 
закрытию  храмов,  но  неустанно  хлопочет  об  открытии  новых.  «Летом  1936  года, 
когда сельсовет намеревался закрыть церковь в Лальске, – показал он, – Кузнецова 
организовала  кампанию,  приведшую  к  срыву  этого  мероприятия,  она  собирала 
подписи  и  проводила  собрания  верующих,  предоставляя  для  этой  цели  свой  дом. 
В августе  1937  года  сельсовет  начал  собирать  подписи  среди  жителей  Лальска, 
которые желали бы закрыть храм, но Кузнецова снова собрала собрание верующих в 
своем  доме  и,  таким  образом,  сорвала  мероприятие,  намеченное  к  проведению 
советской властью. Когда был арестован псаломщик Мелентьев, Кузнецова сразу же 
стала хлопотать за него, просить, чтобы его освободили, брала его под защиту»
1

На  основании  этих  показаний  в  середине  ноября  1937  года  блаженной  Нине 
было предъявлено обвинение, и она была допрошена. 
– Следствие  располагает  данными  о  том,  что  вы  на  протяжении  ряда  лет 
предоставляли свою квартиру для сборищ церковников, так ли это? – Да,  у  меня  в  квартире  до  сих  пор  проживает  священник  Павел  Федорович 
Хотемов, а также приходили другие верующие по вопросам церкви и службы в ней. 
– Следствию известно, что вы по вопросу открытия лальского собора говорили: 
«Эта власть долго не продержится, все равно скоро будет война и снова все будет 
по-старому». Так ли это? 
– Нет, этого я не говорила. 
Виновной себя перед советской властью блаженная не признала. Но что было 
делать с калекой, само содержание которой в тюрьме было для властей неудобным, 
а  по  известности  блаженной  среди  народа  могло  быть  и  хлопотным,  –  и  на 
следующий день после допроса она была отправлена в тюрьму в город Котлас. 
23  ноября  1937  года  тройка  НКВД  приговорила  блаженную  Нину  к  восьми 
годам  заключения  в  исправительно-трудовой  лагерь.  Блаженная  Нина  была 
отправлена  в  один  из  лагерей  Архангельской  области,  но  недолго  пробыла  здесь 
исповедница – 14 мая 1938 года блаженная Нина скончалась. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий