пятница, 19 апреля 2013 г.

Игумен Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним.


http://www.rusarchives.ru/publication/martyrs.shtml

Опубликовано в журнале
"Отечественные архивы" № 1 (2005 г.)

Игумен Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Тверь: Булат, 1992 - 2002. Кн. 1. - 237 с.; Кн. 2. - 527 с.; Кн. 3. - 623 с.; Кн. 4. - 479 с.; Кн. 5. - 479 с.; Кн. 6. - 479 с.; Кн. 7. - 542 с. - 10 000 экз.


Современное научное знание обогатилось уникальным агиографическим[1] трудом игумена Дамаскина (Орловского), который получает все более широкое признание научной общественности как знак нового времени в истории России на ее пути к истокам традиционной культуры в общественно-религиозной жизни. В 1997 г. первые вышедшие в свет книги были удостоены премии Памяти митрополита Макария, а в 2002 г. - литературной премии Союза писателей России.

В.О. Ключевский в своих трудах "Древнерусские жития святых как исторический источник", "Значение преподобного Сергия для русского народа и государства", оценивая значение житий святых как источников изучения земного пути носителей идеала народной жизни, писал: "Такие люди становятся для грядущих поколений не просто великими покойниками, а вечными спутниками, даже путеводителями, и люди целые века благоговейно почитают их память, чтобы не забыть правила, ими завещанные"[2].

Каждое из 900 житий и жизнеописаний, как и труд игумена Дамаскина в целом - основанные на архивных данных интегрированные исследования, бесценный комплекс документированной информации, раскрывающей феномен народа, личности и государства в русской истории. Представители духовенства, крестьян, дворян, купечества, предпринимателей, других социальных групп, за исключением рабочих, вошли в сонм святых новомучеников ХХ в.

Создание монументальной эпопеи потребовало титанической тридцатилетней работы автора, пришедшего к пониманию, что "народ стоит перед опасностью утраты памяти о своем прошлом, за которой может последовать разрушение самосознания народа и его гибель" (Кн. 3. С. 8). Источниковая база труда весьма обширна: редкие документальные публикации, тысячи свидетельских показаний очевидцев и участников событий, которые еще были живы в 1970-е гг., документы ЧК - ГПУ - НКВД - КГБ - ФСБ, Архива Президента Российской Федерации, бывших партийных и государственных архивов в центре и на местах. Исследован более чем 100-тысячный корпус судебно-следственных дел за 1917 - 1950 гг. Благодаря поддержке руководства ФСБ, Росархива, ГАРФ, РГАДА, РГИА, Мосгорархива и многих других региональных архивных учреждений осуществлена масштабная синтезированная историко-агиографическая работа, в которой также участвовали члены секции личных фондов и документальных коллекций Российского общества историков-архивистов. Собранный уникальный комплекс материалов о новомучениках ХХ в. стал основанием для принятия Архиерейским собором в 2000 г. решений об их канонизации. В состав книг, наряду с житиями и жизнеописаниями, включены документальные публикации, авторские историко-источниковедческие обзоры, календарь памяти мучеников и исповедников, прославленных Русской православной церковью на архиерейских соборах 1989, 1997, 2000 гг. Книги снабжены необходимым научно-справочным аппаратом.

В авторском предисловии игумен Дамаскин отмечает, что одним из наиболее важных и ответственных в источниковедении истории России, особенно ХХ в., является вопрос о подлинности источника. Он решался автором на основе принципов христоцентризма, христологического историзма, целостности, духовно ориентированного психологизма, объективности и документальной достоверности фактов с опорой на категориальный аппарат историко-архивоведческих и богословских наук. Сравнительный анализ, критика используемых для написания житий устных и документальных свидетельств обусловили всестороннее изучение исторических условий, установление авторства источников, обстоятельств и мотивации их создания, интерпретацию содержания источников с учетом составляющих влияния: государственной, общественно-религиозной и социокультурной традиций в период их возникновения, источниковедческий синтез информации на основе комплексного территориального подхода к исследованию достоверности полученных данных о человеке, его взаимодействии с внешним миром и др.

Впервые примененный в агиографической практике критерий единого информационного поля взаимодействия субъектов событий в разрезе территориального образования оказался достаточно эффективным для обнаружения и понимания сведений об изучаемой личности. Труд игумена Дамаскина опровергает распространенные утверждения о том, что судебно-следственные дела ХХ в. не могут служить историческим источником ввиду якобы имевшей место "фальсификации" хода следствия. Исследование игумена Дамаскина убеждает, что свидетельства обвиняемых, подписи лиц, другие реквизиты документов в следственных делах всегда подлинны. И тогда, когда обвиняемый ставит подпись, отрицая свою вину, и когда вообще отказывается от подписи, и когда, сломленный муками, признает за собой несуществующую политическую вину. Во всех случаях следователь был обязан строго соблюдать все внешние требования процессуального документирования, в том числе в части объективной фиксации показаний обвиняемого, неукоснительной сохранности документов, и независимо от поведения и показаний подследственного сформулировать обвинение его в контрреволюционной деятельности. И если обвиняемый не признавал своей вины, следователь прибегал к показаниям "штатных" свидетелей. Приговор лицам духовного звания был задан.

Жития современников ХХ в. в книгах о. Дамаскина позволяют исследовать истоки стойкости человеческого духа, духовный смысл истории народа России через образы святости и осуществленного нравственного идеала и дают возможность реконструировать характер духовности, социальные параметры религиозной жизни, богословские воззрения все еще неисследованной эпохи.

Труд игумена Дамаскина как нарративный источник позволяет воссоздавать биографию конкретного человека, воплотившего в своей судьбе духовно-нравственные основы личности, традиции общественно-религиозной жизни народа, культурологические основы организации жизни, естественно-географические, социально-бытовые факторы среды, исторические факты и события в их объективной данности, поскольку в житиях все они как бы "втягиваются" в канву биографии человека и создают ее естественный внешний фон, не претерпевая субъективизма автора.

Агиографический труд игумена Дамаскина сохранил для исторической науки объективную информацию о многих важных фактах и событиях ХХ в. Жития развеивают, к примеру, миф о "триумфальном шествии советской власти", сообщая неизвестные данные о повсеместных массовых выступлениях крестьян против разрушающих традиции и основы народной жизни порядков. Они раскрывают духовно-нравственную суть многих фактов общественной жизни; некоторые из них и поныне искаженно освещаются в историко-философской литературе. Так, в современной педагогической печати без ссылки на источники пропагандируется "феномен" помещика Н.Н. Неплюева, который якобы "проявился в деле истинно народного просвещения". Сам Неплюев причисляется к когорте "выдающихся соотечественников", "без знания деяний которого невозможно понимание своеобразия и цельности нашей русской национальной культуры и национальной духовности"[3].

Истинный свет на деятельность Крестовоздвиженского братства и его организатора помещика Н.Н. Неплюева проливает житие священноисповедника Романа (Медведя), в 1901 г. служившего в храме этого братства священником. В обстоятельном докладе епархиальному архиерею, включенном игуменом Дамаскиным в повествование жития, отец Роман обличает принципиально нехристианские установления братства, "отсутствие усвоения православного научения в начальной и низших сельскохозяйственных школах". Экономическую организацию братства он характеризует "как жесткую форму капиталистического строя без всякого приражения не только христианских, но и просто человеческих чувств", показав, что в основу его деятельности "были положены скорее духовный деспотизм, коммунистические идеалы, нежели христианские" (Кн. 4. С. 289 - 295).

Использование автором труда проложного метода, отказ от творческого субъективизма в изложении фактов объясняют то, что некоторые жизнеописания за отсутствием источников предельно кратки. Они исчерпываются констатацией засвидетельствованного в следственном деле высшего подвига человека, претерпевшего мучения и принявшего кончину как венец служения Богу и Отечеству. Жития сопровождаются уникальными фотографиями, в том числе сделанными в тюрьме после вынесения приговора для опознания лица, ведомого на расстрел. В них запечатлен взгляд человека, уходящего в вечность…

Творческая лаборатория игумена Дамаскина раскрывает неисчерпаемые возможности применения в науке духовно ориентированной методологии. По существу, и это не преувеличение, отечественная, да и мировая наука получила первое целостное в своей безмерной многогранности научное исследование неизведанной до сего времени духовно-нравственной стороны истории народа России, сохранившего живую душу в лихолетьях и страданиях ХХ в. Для отечественной исторической науки агиографический труд игумена Дамаскина исключительно ценен как фундаментальное произведение, феномен историографии, научно подтверждающий возможность объективного познания прошлого.

Особо важно, что в научном плане работа игумена Дамаскина есть открытие в области гуманитарных наук, противостоящее новейшим представлениям об исследовании человеческой истории на иной эмпирической базе источников, нежели та, которой ныне располагает историческая наука. Такую базу ученые-модернисты связывают с развитием информационных технологий и созданием виртуальной информационной среды, активизируя поиск методов, позволяющих выстраивать концепции глобальной истории и всеобщей науки о человеке без обращения к источникам информации о реальном человеке. В качестве предмета и объекта исследования эти ученые выдвигают не человека, а функции его взаимодействия с природой, людей между собой.

Введение в научное знание житий святых ХХ в. - исторически востребованный акт возрождения национального самосознания русского народа. Труд игумена Дамаскина - масштабное явление в научной, социокультурной и общественно-религиозной жизни новой России, возрождающейся на традиционно-национальных основах бытия.

В заключение отметим, что специфика агиографического жанра поставила автора перед необходимостью поиска адекватного археографического оформления архивной информации, используемой в тексте жития или жизнеописания. И если в первых двух книгах автор строго следует традиции, не сопровождая текст ссылками на источник, то в третьей - применяются археографические правила оформления, в том числе приводятся полные шифры каждого привлеченного источника. Однако такой подход затрудняет пользование текстами житий тем, кому они прежде всего адресованы, - простым читателям. В последующих книгах автор нашел, на наш взгляд, достаточно приемлемую форму для такого вида издания, как жития, ограничив состав сведений в ссылках наименованием библиографических изданий и архивов. Правда, это следовало бы оговорить в предисловиях к книгам.

З.П. ИНОЗЕМЦЕВА

[1] Агиография - научная историко-богословская дисциплина. Объект ее исследования - человек, воплотивший в своем земном пути высший нравственный идеал человеческого бытия. Предмет исследования - феномен мученичества и святости как высшего проявления человеческого духа.

[2] Ключевский В.О. Православие в России. М., 2000. С. 310.

[3] Малышевский А.Ф. Школа Н.Н. Неплюева // Мир человека. № 2 - 3. С. 36 - 40.

Комментариев нет:

Отправить комментарий